Старая версия сайта доступна по адресу old.infoflag.ru.

Их оружие – фотоаппарат и линейка

Их оружие – фотоаппарат и линейка

Прямой проницательный взгляд, спокойный голос и легкая полуулыбка. Длинные светлые волосы собраны в высокий хвост. Синий китель, брюки и форменная куртка скрывают утонченную женскую фигуру. В хрупкой девушке Анастасии Сагадеевой не сразу узнаешь капитана полиции.

Сегодня сотрудники экспертно-криминалистического отделения МВД России отмечают свой профессиональный праздник. В этот день, сто лет назад, создано первое экспертное учреждение при Центррозыске НКВД. Специалисты урайского отделения отмечают праздник в рабочих буднях. Начальник отдела Андрей Очеретный и эксперт-криминалист Анастасия работают вместе, слаженно. При этом каждый ведет свои исследования.

Когда происходит преступление, первым в квартиру заходит эксперт-криминалист. Он осматривает помещение. Ищет объекты происшествия. В небольшом чемоданчике умещается мини-лаборатория: у эксперта всегда с собой фотоаппарат, криминалистическая линейка, дактилоскопический порошок и пленка.

– Наша работа – это обнаружение, фиксация и изъятие вещественных доказательств при осмотре места происшествия. Например, если была драка, то может быть раскидана мебель, если кого-то порезали – нож или одежда в крови, – рассказывает Анастасия. – Эти объекты мы фотографируем: общий вид, по деталям и панорамная съемка. Снимки должны быть максимально подробны. По сути, они по пунктам потом расскажут, что и как произошло. Также, в первую очередь, мы снимаем следы рук с помощью специального средства и пленки.

Дактилоскопический порошок состоит из измельченных магнитных частиц. При нанесении его кисточкой на поверхность, например, кружки, он вступает в реакцию с потожировыми следами рук, проявляя отпечаток. На темную поверхность наносят светлый порошок, на светлую – черный. Перенесенный на контрастную пленку рисунок хорошо просматривается.

Бывает, потерпевшие, желая быть полезными, мешают работе, отмечает девушка. Кто-то советует, как и где снимать следы, кто-то начинает прибираться. Одна хозяйка квартиры помыла полы в ожидании следственной группы, чем совершенно усложнила работу полицейским.

После фиксации эксперт собирает предметы, чтобы исследовать их подробно уже в кабинете. Следы пальцев рук – в бумажные конверты, ткани – в полимерные пакеты, что-то крупное войдет в большие мешки. В течение двух недель объекты с места преступления исследуют и передают следователю. В тесной связке с экспертом-криминалистом работают также дознаватель, участковый, оперуполномоченный. Эти специалисты составляют костяк следственно-оперативной группы, которая выезжает на происшествия и ведет дело.

– Поскольку город небольшой, сценарий преступлений практически один и тот же. И выезжая на осмотры, я уже знаю примерную картину происшествия. Определяю, что буду делать первым делом, что фотографировать, измерять и снимать. Основные мои инструменты – это фотоаппарат и криминалистическая линейка.

Существует семь традиционных видов криминалистических исследований: дактилоскопия идентифицирует человека по отпечаткам пальцев, трасология изучает следы и как они возникли, например, от обуви. Почерковедение изучает почерк и письменные навыки людей, баллистика – огнестрельное оружие, боеприпасы и следы их действия. Экспертиза холодного и метательного оружия, технико-криминалистическая экспертиза документов. Портретная экспертиза идентифицирует человека по фото- и видеоматериалам.

– Мы отвечаем за техническую сторону – собираем, систематизируем, фотографируем предметы. Мы не делаем, например, анализ крови или вещества, если есть подозрение, что это наркотик. Этим уже занимаются другие эксперты – химики или генетики. Бывает, что нас путают, хотя функции у нас разные, – сетует Анастасия.

Нельзя совершить преступление и не оставить след, убеждена эксперт. Другое дело, бывает, что их сложно обнаружить. На поиск следов, например, могут повлиять погодные условия, давность преступления или другие факторы. В таких случаях криминалист проявляет внимательность и смекалку.

– Нас как-то вызвали на кражу в гараже, которая произошла неделю назад, – рассказывает специалист. – В помещении, как у многих, хранились старые вещи, было много пыли. Если преступник и брался за что-то, то снимал пыль, не оставляя свой след. Однако я нашла там пластиковую бутылку из-под газировки. На ней след руки сохранился почти идеально, насколько возможно для недельного срока. Эта находка помогла дальнейшему раскрытию дела.

Дактилоскопическая экспертиза – одна из основных для сбора доказательств. Если подозреваемый отрицает свое присутствие на месте преступления, то ему нужно объяснить, как тогда там оказались его следы.

Эксперты-криминалисты часто становятся героями современных фильмов. Режиссеры искажают реальность в угоду зрелищности. Например, показывают, как с маленькой пуговицы снимают хороший след пальца и ловят жулика. В реальности размера следа 3*3 мм недостаточно для идентификации человека, утверждает специалист. Благодаря тем же сериалам мы воспринимаем профессию криминалиста обывательски, поверхностно.

– Новые знакомые часто не представляют, в чем заключается моя работа. Думают, что вскрываю трупы, – улыбается Анастасия. – А друзья проверяют меня на почерковедческую экспертизу. Предлагают угадать, где их почерк, а где подделали. Но автора всегда видно – наклон или объем букв изменили, а человек-то тот же пишет.

Анастасия Сагадеева училась в Волгоградской академии МВД, там узнала все тонкости работы эксперта-криминалиста и в теории, и на практике. Но представления о деятельности все равно не совпали с реальностью.  Капитан полиции признается, что за шесть лет работы в отделе выработала устойчивость к эмоциям. Каждое преступление – это чья-то жизнь, поломанная судьба, страдания ребенка. И все, чем может помочь эксперт, – это хорошо выполнить свою работу, не вникая в чувства пострадавших.

Правда, после декретного отпуска эта профессиональная черта дала трещину. Теперь ей сложно выезжать на места происшествия со смертью детей: непроизвольно примеряет ситуацию на себя. И беспокойные руки тут же набирают дом, чтобы услышать такой родной голосок.

– Накопленный стресс я оставляю за порогом. Захожу домой не экспертом, а мамой и женой, – отмечает Анастасия. – Не обсуждаю с друзьями подробности работы, в выходные отдыхаю с родными. Можно быстро устать и не заметить, как оказался в затяжной депрессии. Поэтому так важна поддержка и помощь близких.

Фото автора


Зарегистрируйтейсь, чтобы участвовать в обсуждении.

Полезные ссылки