Старая версия сайта доступна по адресу old.infoflag.ru.

У колыбели олимпийцев

У колыбели олимпийцев

С рождением всех нас! Нет, не ребенка, но тоже чуда. Только что прямо на наших глазах появился новый, в скорой перспективе олимпийский, вид спорта. И шестидесяти лет не прошло с тех пор, как появился брейк-данс. Относительно недавно мы узнали, что это – не просто танец, а еще и спорт. И вот новость – на Олимпиаде 2024 года в Париже эта дисциплина будет официально представлена. О том, как развивался брейкинг в Урае и каким будет путь к Олимпу для наших брейкеров, мы поговорили с местными лидерами движения.

– Для меня все начиналось в конце девяностых, – рассказала руководитель команды «Слим-Флай» Анастасия Гулюмова. – Если помните, была такая телепрограмма «МузОбоз». Где-то украдкой посмотреть телевизор, в котором мелькали клипы, движения, – все это было чудом, все было в новинку, и все было интересно. Кассеты с музыкой приходилось доставать, но как-то их находили, перезаписывали и летом выносили на улицу куски крагиса, линолеума, что-то пытались изобразить. Бабушки, конечно, возмущались, мол, невоспитанные дети занимаются какой-то ерундой.

В тот момент мы все, по сути, были в спорте. Парни – в основном в дзюдо, кто-то в акробатике, в цирке, на бальных танцах. Просто всем хотелось чего-то нового. Это  нормально для молодежи всех поколений.

И был такой клуб «Ровесник», в котором работали замечательные люди. Они запросто могли пустить в зал потанцевать, можно было приходить и с друзьями заниматься, и где-то даже выступать. Еще были Центр детского творчества, Дом молодежи, которые принимали молодежь с радостью.

В итоге, уже повзрослев, я оказалась под крылом Центра дополнительного образования детей. Тогдашний руководитель Виктория Кукушкина как-то встретила случайно на улице, сказала, что ищет талантливых молодых людей и пригласила к себе. Мы официально стали работать своей командой, набрали новых детей. Вместе с Олегом Сайдигановым, основателем брейк-движения в нашем городе, нам приходилось делать кучу документации – таблицы, отчеты, планы. Для меня это было тяжело и муторно – вплоть до нервных срывов, но иначе в образовании нельзя.

В конце 2008 года Олег переехал в Санкт-Петербург, и я осталась одна с нашей командой. Причем ребята были самыми разными, и все – очень интересными. К нам, чем мы отличались от спортсменов и, наверное, будем отличаться и дальше, приходили ребята разных возрастов.

Например, на плавание невозможно прийти в 15 лет – тебя просто не возьмут. А мы брали всех, и, если приходил подросток лет шестнадцати, у которого было море проблем с учебой и с родителями, мы его принимали тоже. И для него это было едва ли не последним пристанищем. Поэтому у нас была пестрая, интересная, веселая компания.

Те дети уже выросли, все достигли своих результатов. Все у всех отлично, и все теперь спокойно живут со своими семьями.

А буквально три года назад мы стали коллективом КДЦ «Нефтяник». Я поменяла место работы и, естественно, забрала свою команду с собой.

– Тогда позвольте уточняющий вопрос: вы теперь тренер, художественный руководитель или кто?

– Я – тренер. И руководитель тоже. И организатор урайского феста «Crazy Beat». Я делаю все. Мне, к счастью, очень помогают мои дети и их родители.

Кстати, немного о помощниках. Евгений Пинигин сейчас – моя правая рука. В команде он с восьми лет, а сейчас ему – 21.  Еще один помощник – шестнадцатилетний Дмитрий Кравченко – сейчас в резерве сборной округа. Девятнадцатилетний Евгений Каракулин в команде недавно, но уверенно идет к успеху и во всем помогает «Слим-Флаю».

– Сколько всего человек в команде?

– Сегодня – двадцать семь. Самые маленькие – братья Файзуллины: шестилетний Амир и четырехлетний Карим. Очень веселые, активные, сильные ребята, у них большое будущее. Старший на прошлом урайском фесте занял первое место, младший – второе, но не отчаивается и делает наравне со взрослыми очень много сложных элементов. Самому взрослому участику, Юрию Зякину, 25 лет.

Кстати, многие из команды занимаются музыкой в школе искусств, есть биатлонисты, есть даже шахматист. Было несколько пловцов, но с плаванием они в итоге расстались, остались только в брейкинге. И я признательна родителям. Они по-настоящему заинтересованы в том, чтобы ребята развивались.

Вообще, у команды «Слим-Флай» прекрасное родительское сообщество. Это люди, окрыленные тем, что мы делаем. И между нами нет секретов.

Своя история у Семёна Музалевского, или попросту Сэма, – тоже в прошлом участника команды «Слим-Флай». Сегодня у него собственная студия – «Колизей» и своя команда – «Чемпион».

– Мы по-прежнему друзья, – говорит он. – Никаких разногласий между нами нет. Интересных детей в городе тысячи, их на всех хватит.

Несмотря на молодость, для Сэма все начиналось очень давно.

– Танцую я с пяти лет, – рассказывает он. – Сейчас мне 29. То есть мой танцевальный стаж уже почти 25 лет. Занимался я сначала в «Нефтянике» – это был мой первый танцевальный опыт. И первый актерский опыт я тоже получил на сцене «Нефтяника». Потом, когда учился в кадетском корпусе, как-то заглянул в «Ровесник» и увидел тренировку у Олега. Посмотрел, чем там занимаются парни, – все это было очень прикольно и захватывающе. Мне понравился брейкинг, я начал сам пробовать эти элементы. И они у меня, к удивлению, стали очень быстро получаться. Наверное, потому что изначально я был в хорошей физической форме.

Почему «Колизей»? Я всегда хотел открыть школу, чтобы дети, которым некуда направить свою энергию, могли найти что-то лучшее. Брейкинг позволяет раскрыться как в характере, так и в дисциплине, а еще – поднять свой физический уровень на «максималочку». Впрочем, сегодня на «максималочку» поднят сам брейкинг в нашем округе.

– Признание брейкинга Олимпийским видом спорта инициировали не россияне. Мы просто жили и занимались творчеством, – считает Анастасия Гулюмова. – Брейк-данс считался и считается до сих пор прежде всего уличным движением, частью хип-хопкультуры.

Поэтому и внезапно появившийся «спортивный» вопрос оказался очень серьезным и неоднозначным. Московские, питерские ребята из таких известных команд, как Top9, Predatorz, побывали на европейских чемпионатах и сейчас обратились в министерства образования и спорта с предложением ввести такую дисциплину, как брейкинг, в вузах, в колледжах. Пока это всего лишь предмет обсуждения. А еще они создали свои федерации или вступили в федерации спортивных танцев. И так все закрутилось.

Брейкеры Югры решили вступить в окружную федерацию танцевального спорта, и в результате у нее появилась третья, самая молодая ветка. Сегодня федерация объединяет спортивный рок-н-ролл, бальные танцы и брейкинг. От каждой ветки созданы комитеты. В наш комитет вхожу я, и сейчас мы занимаемся всеми бумажными вопросами: протоколами, составлением градации, сетки, аттестации и всего прочего. Занимаемся, как альтруисты, и сидим теперь по ночам с кипой протоколов.

– Существуют ли в брейкинге четкие критерии судейства?

– Да, они есть. Разработана форма оценочных листов, возрастные категории, градации: B-Boy это или B-Girl – парни или девушки. Учитывается сложность элементов, будь это Power Moove – элементы на силу, фризы – кручения или Foot work – работа ног. Привлечение каких-то трюков из спортивной гимнастики, акробатики тоже приветствуется, но особо не оценивается.

Баттл на ринге (а именно так, по-спортивному, у брейкеров называется танцпол)  длится буквально сорок секунд. Приглашается пять судей, и каждый из них оценивает свои элементы. Кроме того, обязательно оценивается стиль, восприятие музыки, харизма танцора, подача себя – своему сопернику, судьям. Все это очень важно. В итоге составляется общая таблица по баллам – большая и громоздкая. И при всем этом брейк-данс – обычный танец, в котором ребенок должен показать себя.

– Соревнования всегда выглядят как баттл между двумя соперниками, что неожиданно роднит его с единоборствами – тем же дзюдо…

– Но мы намерены постепенно вводить и команды – crew на crew, пять на пять брейкеров, но отдельно – мальчики, отдельно – девочки.

Слово «баттл» и переводится как битва, поединок. И, как у борцов, у нас тоже есть своего рода кодекс чести: нельзя касаться партнера, показывать неприличные жесты, сквернословить, пытаться как-то унизить, даже в танце. А после баттла обязательно нужно пожать руку соперника и обняться с ним.

Брейкинг – это не просто творчество, и не просто спорт. Для нас это жизнь. Но – представьте себя ребенком: ты слышишь музыку, у тебя кипит кровь и хочется движения, хочется показать себя. Тут ты знакомишься с приемами и трюками, а все это – уже ближе к спорту. А потом оказывается, что ты ничего не сделаешь, не достигнешь результатов, если не будешь регулярно потеть по два часа на тренировках.

Просто брейкинг – это культура, которая теперь начинает жить по-спортивному. И для федерации спортивного танца неважно, где ты работаешь, где находится твоя команда – индивидуальный ты предприниматель, как Семён Музалевский, или ты в культуре, спорте или еще где-то, – ты имеешь право вступать в нее со своей дисциплиной. Вы спрашиваете, где мы сейчас должны быть? Там, где нам комфортно и где мы можем развиваться. Нам комфортно в культуре.

– Тогда немного философский вопрос. Танец как творчество и танец как спорт – как эти два понятия уживаются?

– Сейчас в мире брейкинга многие не согласны с его спортивным статусом. И даже в нашем округе многие команды не собираются вступать в федерацию и присваивать своим детям – участникам групп – спортивные разряды. Они намерены оставить все как было и по-прежнему проводить такие же фесты, как наш «Crazy Beat». Все это вроде бы очень хорошо. Люди могут посещать такие фестивали, участвовать в них. Но по их результатам никому разряды не присвоят и ничего официально спортивного в них не будет. Но если есть возможность предложить своим детям сделать какой-то шаг в будущее, если у них есть возможность вырасти мастерами спорта, что потом точно поможет им в жизни, то почему бы этого не сделать? Почему я должна лишать ребят этой возможности? Тренер всегда должен понимать, что за ним стоит его команда и ответственность за этих детей и за их будущее лежит на нем.

– Каковы, на ваш взгляд, ближайшие перспективы?

– Книжки атлетов, свидетельства о присвоении разрядов ребята получат в ближайший месяц. А вот что касается участия в соревнованиях, мы формировали сборную округа по итогам самого первого окружного чемпионата и первенства. Они прошли в середине февраля в Ханты-Мансийске. Урай там представляла команда «Слим-Флай» и Семён Музалевский. Семён занял второе место в своей номинации – от 19 лет и старше, а мои дети взяли третье. Ребята помладше получили первый юношеский разряд, ребятам-призерам постарше присвоили третий взрослый спортивный разряд.

Так вот, в юношескую сборную вошли ребята от одиннадцати до пятнадцати лет из Ханты-Мансийска, Нягани и из Советского. Представитель «Слим-Флая» Дмитрий Кравченко попал в резерв. Мы отдали предпочтение только тем, кто занял первые места, – так нам будет легче профинансировать их, хоть чуть-чуть помочь родителям свозить их на соревнования.

Наша задача сейчас – защищать свой округ. И мы, как альтруисты, заботимся друг о друге – нам сейчас важно, чтобы Югра была представлена на отборочных соревнованиях общероссийского уровня. Теперь это – наша общая команда. Я понимаю, хочется, чтобы югорчане, а еще лучше и урайцы в их числе, тоже поехали на Олимпиаду. Но, на мой взгляд, на первые Олимпийские игры, где будет брейкинг, из России попадут московские и питерские ребята, может быть, несколько из Казани. Потому что у них больше возможностей – есть спонсоры, они выходят на коммерческий уровень, рекламируют одежду, другие известные бренды, и спонсоры оплачивают соревнования за границей. Они уже прошли огромную школу, приобрели много опыта и отработали его на практике.

А наша задача сегодня – всем, чем возможно, поддерживать сборную округа.

– А наши дети. Их получается вывозить?

– Все это очень сложно. Поездка в Ханты-Мансийск всего на четыре дня обошлась в 12 тысяч рублей на каждого ребенка, включая дорогу, проживание, питание и оргвзносы за участие в первенстве. Но главное – столько сил и времени заняло оформление документов для поездки автотранспортом, которое сегодня крайне усложнено.

В этом смысле, может быть, было бы полезно задаться вопросом создания единой системы поездок всех ребят – по линии спорта, культуры и образования. У нас ведь все время где-то поблизости проходят соревнования, конкурсы и фестивали. И чем больше ребят окунется в их атмосферу, тем больше возможностей у них будет улучшить результат, тем быстрее они будут расти, становиться мастерами спорта.

А пока я предложила ребятам из комитета немного упростить задачу и провести спортивное первенство в каждом городе. Сейчас мы пишем календарный план таких соревнований.

Ураю в этом смысле проще – у нас ежегодно проводится фестиваль «Crazy Beat». Наш третий фест пройдет в середине ноября уже как открытое спортивное первенство, и к нам, по возможности, приедут ребята из ближайших городов.

Такие фестивали нужны. Согласитесь, я не могу вывезти 27 человек куда-то на соревнования. А участие и опыт нужны. Открытый фестиваль в родном городе – это возможность выставить абсолютно всех детей, независимо от их уровня и возможностей.

Еще одна возможность – приглашать мастеров брейк-данса для мастер-классов. Вообще, в этом смысле мне очень сильно повезло. К нам с мастер-классом из Португалии приезжал би-бой Брюс Всемогущий, из Красноярска – Микси. Наш прошлый фестиваль судил брейкер из Армении, а диджеем был «папа» хип-хопа – Крафт. Люди согласны к нам приезжать, и вы не представляете, как дети счастливы видеть таких гостей. Уровень урайских брейкеров сразу же повышается. Но ненадолго, если нет поездок, если мало практики в ринге. Практиковаться нужно постоянно. Так, может быть, лет через пять мы попадем в сборную и поедем куда-нибудь за пределы Югры.

Фото автора и из архива Анастасии Гулюмовой


Зарегистрируйтейсь, чтобы участвовать в обсуждении.

Полезные ссылки